Не убивайте фотографию!

0
4

Папа мне рассказывал, как тридцать лет назад вместе со своим отцом, моим дедом, он стоял в длинной очереди в магазин, где торговли фототехникой. В тот день завезли новые «Зениты» и мой папа ждал фотоаппарат на свой день рождения. Прошло два с половиной десятка лет, папа уже забыл про тогдашний подарок на восемнадцатилетие. Я прошу бабушку отдать мне старенький фотоаппарат. Она невольно подчиняется, пытаясь достать старенькую камеру в кожаном чехле из странных закутков в пухлом шкафу, рядом лежит чемоданчик со вспышкой: гигантская вогнутая в себя пластина с огромной лампой. Нормальную вспышку пришлось после прикупить.

— Вставь мне пленку, — по-детски прошу я папу.

— Не вставь, а заправь, — поправляет он меня и, тяжело выдыхая, берет в руки камеру, который до сих пор не надо никаких аккумуляторов, небольшой железный кусочек с маленьким зеркальцем в чреве не мерзнет зимой, как часы работает в аномальную московскую жару, не говоря о питерском солнцестоянии.

Немного смекалки, свежий взгляд, ровное дыхание и никакого подражательства, — вот тогда выйдет настоящий кадр, достойный самого требовательного глаза.

— Сам учился? Или где? – постоянно спрашивают меня разные, где-либо высматривающие фотографии сделанные мной.

— Да, — легко и без всякой лжи отвечаю я, при этом обязательно киваю для большей уверенности собеседника.

— Не верю. Так нигде не учился? Не может такого быть. Не верю! – повторяя великого Станиславского раздраженно вопит мой визави. И ничего тут не поделаешь. Порой человеку трудно объяснить простое. Научиться фотографировать нельзя, можно лишь быстро понять азы: как настроить диафрагму, какую нужно выбрать выдержку, как выстроить нужную светосилу и т.д. Соглашусь, что некоторым это вообще не надо. Словно коробка-автомат в автомобиле разгружает водителя, требуя от него только жать на газ, так и современные фотокамеры, где обязательно натыкано несколько автоматических режимов, которые мало отличны друг от дружки.

Я помню свою первую публикацию. Ух ты, черт! Моя фамилия сначала в простенькой газетке, а через пару недель в самом популярном ежедневнике страны мелькает то же имя наравне с лучшими фоторепортерами страны. Моя первая фотовыставка – увы, — состоялась именно в тот год, когда моя любовь к фотографии почти иссякла, не хотелось брать камеру в руки, хотя этого требовали возникшие из-под земли кураторы моего творчества.

Три года назад газеты затрубили, что появилась первая фотокамера профессионального типа, доступная простым смертным. Камера действительно стоила около тысячи долларов и по сравнению с камерами за два куска зеленых банкнот (а некоторые до сих пор зависают на планке в семь тысяч) рассматривалась никак иначе, как чистая блажь.

Однажды мне довелось поприсутствовать на одном круглом столе в Доме журналиста. Без прессы в обычный весенний будний день десяток фотографов и директоров небольших фотомагазинчиков рассуждали о фотографии и о фототехнике. Видели бы их лица, они чуть ли не со слезами констатировали, что фотография умирает, что теперь достаточно купить «мыльницу» и компактный принтер, чтобы почувствовать себя профессионалом. Подобных «профи» в нашей стране фантастическое количество и подобные им начинают строит новую эру в мире фотографии – эру, которая к фотографии не имеет никакого отношения.

Противно листать страницы в интернете. Когда-то яркие сайты, насыщенные профессиональными фото от реальных мастеров, превратились в тусклые огромные семейные альбомы, где достоинство той или иной фотокарточки не удачная композиция или правильно выстроенный свет, а смешная гримаса младшей дочери на очередном празднике детства.

Лето, как и прочие другие сезоны, время каникул, – это часы, когда, без лишней иронии, выползают убийцы фотографии. Они вооружаются японскими (чаще китайскими или малазийскими) «мыльницами», самые ушлые (они же богатые) вешают на толстые ремни профессиональные фотокамеры со сменной оптикой, у зазнаек в огромном кофре еще пара-тройка ненужных в быту объективов. Зачем? А не важно. Главное – что это стало круто. Но это «круто» не понимает, не принимает настоящее искусство, которое без всякой цензуры и гонений уходит в подполье, где в темных и сырых подвалах блекло существует из последних сил. Не убивайте фотографию!

Павел Смоляк

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here